По вопросу оказания квалифицированной юридической помощи при судебном разбирательстве с ПАО «Сбербанк» к адвокату Артёму Тимушеву обратилась гр. Ч.

При обращении к адвокату Ч. пояснила, что ранее Свердловский районный суд г. Костромы, рассмотрев гражданское дело по иску ПАО «Сбербанк» к Чистовой М.В. о взыскании задолженности по кредитному договору, принял решение об удовлетворении исковых требований ПАО «Сбербанк», в части взыскания с Ч. задолженности по кредитному договору, в т.ч. основного долга, просроченных процентов и оплаты госпошлины.

По мнению Ч. решение суда первой инстанции является не обоснованным и подлежащим отмене, в связи с тем, что суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела (в части того, что Ч. не заключала кредитный договор с Банком, не являлась каким-либо участником и подписантом данного договора, не знала и не могла знать о сроках и размерах платежей по кредиту, и приобрела обязательство по его оплате лишь после смерти мужа в порядке наследования по закону).

Выводы суда первой инстанции, изложенные в решении суда, не соответствуют обстоятельствам дела, в части того, что суд, при принятии решения, не учёл обстоятельство того, что Ч. (ответчик) по отношению к Банку (истцу) изначально не являлась стороной кредитного договора (должником).

Таким образом, в обжалуемом решении, при определении срока исковой давности, Суд ошибочно применяет норму Закона, установленную ч. 2 ст. 200 ГК РФ (по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения), а не ч. 1 ст. 200 ГК РФ (течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права).

Банку так же было достоверно известно о том, что Ч. не знает ни о размере задолженности по кредитному договору, ни о сроке, на который он был заключен, т.к. она не являлась его участником.

Необходимо отметить, что Ч. на момент смерти мужа и по настоящее время так же является клиентом Банка и ПАО «Сбербанк» достоверно известны все её персональные данные, в т.ч. адрес проживания, мобильный телефон и т.д., т.е. никаких препятствий обратиться к Ч. для погашения кредита сразу же (либо в кратчайшие сроки) после смерти мужа у Банка не было.

Несмотря на это, с исковыми требованиями к Ч. о взыскании задолженности по кредитному договору Сбербанк обратился в суд более чем через три года после смерти её мужа (должника).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Полагаю, что с учётом столь длительных сроков (более трёх лет) непредъявления кредитором (ПАО «Сбербанк»), осведомленным о смерти наследодателя, требований об исполнении обязательств, вытекающих из заключенного им кредитного договора, к наследнику, которому не было известно о его заключении, в данном случае со стороны ПАО «Сбербанк» наблюдается существенное злоупотребление правом.